Договор цессии: когда суд сохранит уступку, а когда нет?

Иск о недействительности договора цессии

Договор цессии может быть признан недействительным, если стороны-коммерсанты хотя и соблюли условия закона о форме договора, но сам договор был признан безвозмездной сделкой

Одним из фундаментальных принципов гражданского права является принцип относительности договора, который является проявлением принципа свободы воли. Указанное вытекает из того, что лицо, принимающее на себя обязательство, принимает добровольное решение ограничить свою личную свободу (а не чью-либо еще) конкретным обязательством, право по которому предоставляется контрагенту этого лица по договору.

Применительно к договору цессии принцип относительности договора прежде всего означает, что положение должника не должно зависеть от наличия или отсутствия договора цессии, поскольку такой договор может связывать между собой только его стороны. Тем более договор цессии в любом случае не может ухудшать положение должника, имевшее место до заключения договора уступки.

https://www.youtube.com/watch?v=ytcopyrightru

Между тем, практике известны случаи, когда цедент и цессионарий заключали договор уступки не с целью порождения между ними соответствующих правовых последствий, а с единственной целью – причинить внешне законными средствами вред должнику.

Так, например, уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку по денежному обязательству вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ) (пункт 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г.

В судебной практике стороны уже ссылаются на пункт 17 Постановления Пленума ВС РФ № 54. Так, например, в деле № А56-9995/2017 суд первой инстанции признал договор цессии недействительным со ссылкой на пункт 17 Постановления Пленума ВС РФ № 54. Суд указал, что цедент и цессионарий не получили согласие должника на передачу прав и обязанностей по денежному обязательству, передаваемые права были предметом договора залога, основной договор был заключен до 01.07.2014 г.

(момента вступления в силу пункта 3 статьи 388 ГК РФ), цедент и цессионарий действовали с намерением причинить вред должнику, поскольку договорное условие запрета на совершение уступки являлось существенным (ключевым) для должника и его материнских структуру, в том числе ПАО НК «Роснефть», ввиду согласования кандидатуры самого контрагента.

Предлагаем ознакомиться:  Список обязательных документов при заключении договора с ИП || Стандартный пакет документов для заключения договора

Интересно также то, что в данном деле суд первой инстанции указал на то, что умышленное нарушение договорного запрета или ограничения (в том числе запрета на уступку) само по себе равнозначно намерению причинить должнику вред совершением уступки. Тринадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 05.06.2019 г.

№ 13АП-10077/2019 с мнением суда первой инстанции не согласился. Апелляция указала, что уступка, совершенная с единственной целью – причинения вреда должнику, может быть признана недействительной. Однако в данном деле отсутствует вступивший в законную силу судебный акт о признании договора уступки недействительным, должник не заявлял соответствующий встречный иск о признании договора уступки недействительным, а сам факт заключения договора цессии в нарушении договорного запрета не является квалифицирующим признаком злоупотребления правом и намерения причинить вред должнику.

Поскольку конкретных доказательств шиканы в деле представлено не было, апелляция отменила решение суда первой инстанции и вынесла новый судебный акт, которым исковые требования были удовлетворены. Следует отметить, что аналогичная позиция о том, что должнику необходимо доказать наличие шиканы в отношении него, встречается и в других судебных актах, например, в Постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 04.02.2019 г. № Ф10-6135/2018 по делу № А08-2579/2018.

В то же время следует учитывать, что ухудшение положение должника и ущемление его прав и, соответственно, злоупотребление правами цедентом и цессионарием могут происходить в самых разных формах. Это может быть и заключение договора цессии с аффилированным цессионарием-физическим лицом в целях избежания судебного разбирательства в третейском суде (если третейский суд не рассматривает дела с участием физических лиц), и перевод дела по этому же основанию в суд общей юрисдикции, «подключение» законодательства о защите прав потребителей в изначально коммерческий спор (пункт 4 Постановления Пленума ВС РФ № 54, Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 02.06.2015 г. № 77-КГ15-2) и т.д.

Весьма любопытный способ злоупотребления правом путем заключения договора цессии был рассмотрен судами в деле № А45-27215/2016. Рассматривая указанное дело суды выяснили, что между цедентом и должником был заключен договор транспортно-экспедиционного обслуживания. Должник имел перед цедентом задолженность по указанному договору в размере 5,3 млн рублей.

Одновременно с образованием задолженности, по одной из заявок цедент не выполнил свои обязательства перед должником и потерял груз. Должник обратился в суд с иском к цеденту о взыскании убытков. Незадолго до окончания рассмотрения спора (который закончился победой должника на сумму в 12 млн рублей) цедент передал свои права (требования) к должнику на сумму в 5,3 млн рублей цессионарию.

Предлагаем ознакомиться:  Недостатки договора дарения квартиры

Получив права по договору цессии, цессионарий взыскал долг с должника в судебном порядке. Не дожидаясь вступления указанного решения суда в законную силу, должник обратился с самостоятельным иском о признании договора цессии недействительным, поскольку договор цессии направлен на причинение ему имущественного вреда.

Должник указал, что у цедента отсутствуют денежные средства и другое имущество, на которое может быть обращено взыскание (соответственно, реально взыскать с него 12 млн рублей не представляется возможным), компания-цессионарий была создана за два дня до заключения спорного договора цессии, в договоре цессии установлена отсрочка для оплаты уступленного права в четыре года, договор цессии был подписан сразу же после инициирования должником судебного спора с цедентом.

Суды поддержали должника и признали договор цессии недействительной сделкой. Суд кассационной инстанции указал, что действия цедента по заключению договора цессии фактически направлены на уход от оплаты истцу задолженности, поскольку действуя разумно и добросовестно, он принимал бы меры к ее уменьшению на сумму 5,3 млн рублей.

Доказательств, подтверждающих наличие разумных целей заключения оспариваемой сделки, оправдывающих ее экономическую выгоду для цедента, имеющего признаки неплатежеспособности, учитывая сроки оплаты за уступаемое право, ее сторонами суду первой инстанции не представлено. Суд резюмировал, что по сути, цедентом и цессионарием использован институт, закрепленный статьей 382 Гражданского кодекса, не в соответствии с его назначением.

Отдельно заметим, что договор цессии может быть признан недействительным по иску должника и в том случае, когда цедент и цессионарий не желали причинить должнику убытки или иным образом ухудшить его положение, но знали о наличии запрета на совершение договора цессии и сознательно нарушили его. Как следует из пункта 4 статьи 388 ГК РФ если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника.

Но в этом случае должнику необходимо доказать, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 16 Постановления Пленума ВС РФ № 54). В настоящее время в силу того, что уступка неденежных требований мало распространена, судебная практика по оспариванию таких договоров ввиду нарушения договорного запрета еще не сложилась.

Предлагаем ознакомиться:  Вопрос по выплате налогов

https://www.youtube.com/watch?v=ytdevru

Другая ситуация возможна, когда договором цессии причиняется вред не цеденту, цессионарию или должнику, а другим лицам. Так, например, в банкротных делах суды зачастую признают договоры цессии недействительными, если устанавливают, что такие договоры заключались между аффилированными лицами со злоупотреблением правом для создания искусственной контролируемой задолженности (Определение ВС РФ от 23.05.

В деле № А76-9821/2015 суды удовлетворили требование конкурсного управляющего о признании договора цессии недействительным, так как в рассматриваемом случае отчуждение требования без предоставления реального встречного исполнения указывало на то, что генеральный директор продавца не руководствовался интересами возглавляемой им организации, не учитывал права ее кредиторов и преследовал цель вывода ликвидного имущества.

Согласно пункту 1 статьи 389 ГК РФ уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме. Несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность (пункт 3 статьи 163 ГК РФ). Несмотря на очевидность и логичность правила о соблюдении соответствующей формы договора уступки, стороны часто этим пренебрегают, что ведет к признанию договора недействительным.

Так, например, в деле № А73-18000/2015 кредитор-банк уступил свои права по кредитному договору и договору залога доли цессионарию. Цессионарий обратился с требованиями, основанными на договоре уступки, к должнику по кредитному договору и залогодателю. Залогодатель, в свою очередь, обратился в суд с иском о признании договора цессии недействительным ввиду того, что договор залога доли в компании-должнике был заключен между залогодателем и банком в нотариальной форме, а договор цессии заключен в простой письменной.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в Постановлении от 03.04.2017 г. № Ф03-885/2017 поддержал залогодателя. Суд указал, что поскольку договор о залоге доли в уставном капитале должника, заключенный между банком и истцом, нотариально удостоверен, а договор уступки прав (требований) между банком и цессионарием заключен в простой письменной форме, постольку договор цессии в части уступки цессионарию прав залогодержателя доли в уставном капитале должника не соответствует требованиям закона.

https://www.youtube.com/watch?v=https:accounts.google.comServiceLogin

Отдельно кассация отметила, что доводы банка относительно того, что по оспариваемому договору цессии передавались права по кредитному соглашению, а не договору залога доли, который является акцессорным обязательством, следующим судьбе основного обязательства, не влияют на правильность выводов судов, признавших договор цессии недействительным, поскольку в силу прямого указания закона (пункт 1 статьи 389 ГК РФ) форма договора цессии должна соответствовать форме договора, на котором она основана.

Предыдущая запись Имеют ли право коллекторы приезжать домой к должнику
Следующая запись Молитва на возврат долга денег должником в короткий срок

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock detector